Поиск по сайту

Навигация
Главная
Новости
Мастерослов
Архив
Полезная информация
КИНОАФИША
Пущинская кругосветка
Наши услуги
Полная версия
Короткой строкой
Ссылки
Поиск
Госадмтехнадзор
О "ТВС Пущино"
Вы вошли как:




Powered by DiS
Погода

Кто на сайте?
Сейчас на сайте:
1 гость

Герои прошлых лет и навсегда Печать
(2 голосов)
Автор Диана Ларионова   
14.12.2017 г.
HahulinNikolay.jpgНачало декабря — время значимых для нашей страны дат и событий. 5 декабря — День воинской славы — начало контрнаступления в Битве под Москвой, а 9-го декабря отмечается День Героев Отечества. Но независимо от того, награжден советский солдат Звездой Героя, каждый человек, участвовавший в Великой Отечественной войне — герой. Юные журналисты центра «Радуга» считают, что о таких людях стоит говорить, и говорить не только в преддверии 9 Мая. Поэтому они пригласили в гости ветерана Николая Ивановича Хахулина и его супругу Марию Кузьминичну.

Николай Иванович учился в снайперской школе, форсировал Одер, встречал сюзников в почетном карауле 8 мая 1945-го... Война в его рассказах — это не только перечень знаковых событий, в которых он принимал участие, но и ночевки на лапнике в морозы, вырытые за ночь траншеи, сажа и дым Рейхстага.
Николай Хахулин жил в Московской области. 22 июня 14-летний подросток отправился с друзьями на ярмарку за 7 километров от родной деревни.
Николай Хахулин: "Пошли туда, не знали, что война началась. Пока там пробыли, в деревню уже вошли, слышим уже кое-где что-то женщины уже голосят. Подходим ближе – около нашего дома, недалеко там дед жил, у него был детекторный приемник, антенна большая такая. Мы подождали несколько минут, потом приемник – поймали волну – Москву. Он слушает и нам передает. Да, началась Великая Отечественная война. И чем закончил: «Враг коварный напал на нас, но он будет разбит. Так, как Наполеон в России. будет разбит»".
Через месяц в деревне не осталось ни одного мужчины до 40 лет — все ушли защищать Родину. А у подростков закончилось детство; они перестали учиться. Косили траву для колхозного стада, убирали картошку, и даже девушки рубили лес. В 43-м нашего героя призвали на фронт, год он проучился в снайперской школе. Затем — расчет по вагонам и отправление на запад.
Николай Хахулин: "Почти год я проучился в снайперской школе, окончили мы ее. Вся школа поехала. Немцы разрушили по пути Смоленск дальше большой город, перед этим Вязьма была. В общем, все города были разрушены. Вагоны справа, слева от железной дороги валялись. Обгоревшие. То партизаны взрывали. Бомбежки были. И так мы добрались до города Бреста".
Продолжил службу Николай Иванович на границе западной Белоруссии и западной в Украине, близ города Владимир-Волынский.
Николай Хахулин: "В лесах что мы вот делали. Прочесывали леса, а там осталось много вот этих, они и сейчас вот вышли – их дети вышли, внуки. Этих бандеровцев – то, что на Украине сейчас творят. А тогда мы с их дедами, с отцами воевали. Прочесывали леса. Они остались в лесах, эти вояки. Что они делали – они ночью выходили из леса, уничтожали, вырезали советскую власть: председателей сельского совета, колхоза, милиционеров убивали".
Засады, окружения, поимки, обнаружение спрятанного оружия — вот, с чем пришлось столкнуться нашему герою. И вот один из запоминающихся примеров:
Николай Хахулин: "Зашли туда, в этой избушке сидит старушка. у нас никого нету, никого нет, я одна. Теперь вот, чердак просмотрели, в подвал полезли. Ящик тола нашли – взрывчатое вещество. Они взрывали железную дорогу, еще делали взрывы. Тол – целый ящик большой. Они такие, 200-граммовые маленькие, как все равно мыло. Желтенькие. К бабке подходим – а это что у тебя, бабка? Сынок, мыло. Мыло. Она знала, конечно, что там".
А в подвале они нашли гимнастерку, погоны милиционера и целый склад оружия.
Николай Хахулин: "Вывели ее отсюда, с этой избушки, подошел бронетранспортер, очередь зажигательными пулями, подожгли эту избушку. И как там начало рваться! Боеприпасов было полно у них приготовлено. Рвались как. А бабка причитала. А тут встала она, начала креститься, что-то такое бормотать. Мы дальше стали уходить, а потом там были гражданские представители власти. Куда они дели эту бабку, мы не знаем".
Затем солдаты вернулись в расположение части, ждали начала наступления. Наконец поступил приказ — передислоцировались к Висле. «Морозы были страшные», - вспоминает Николай Хахулин.
Николай Хахулин: "И вот, трое суток в лесу, никакого обогрева. Наломаешь веток и лежим на ветках еловых. больше полчаса не пролежишь, мороз продирал. Побегаешь по снегу, пока не устанешь, не вспотеешь. Лег – опять. Плащ-палатка была, она такая, брезентовая, она разостлана была и шинель эта. Вот так и согревались. кормили ночью. 2.42 И второй раз перед рассветом. Через трое суток началось наступление. Так называемое Висло-Одерское наступление. Подходили к Варшаве".
Как вспоминает Николай Хахулин, проходилось вызволять молодых девчонок, которых немцы угнали для принудительного труда.
Николай Хахулин: "В одном таком фольварке большой дом там, в сторонке – пошли посмотрим, там нет фашистов ли. Несколько человек. И вот, их, наверное, человек 8 там наших девчат. Они со слезами на нас как набросились, эти девочки, ой! И не отпускают нас – целуют, обняли нас. Идите, мы вас покормим. А хозяева сбежали, их не было".
Немцы, боясь окружения, бросили Варшаву. Как рассказывает наш герой, к полякам обратился Иосиф Сталин, приказав выделить продовольствие. «И нас называют оккупантами!» - возмущается Николай Иванович.
Николай Хахулин: "Много им выделили, этим полякам. Они выходили и говорили – о, Сталин хороший, добже, хороший. А потом в усмешку солдат, такие были хохмачи: вот, колхоз у вас будем тоже строить. Что? Что пан мове? Колхоз? О, его мать-то, не, колхоз не надо. Не хотели".
Наступление продолжалось, советские войска прошли Познань. И вот, впереди форсирование широко разлившегося Одера.
Николай Хахулин: "Одер кипел! Кипел. Вода буквально – взрывы разрывались. Поднимается вода. Немцы и бомбили. Пули свистят. Лодка, мы на лодке тут. Сели в лодку. Человек, наверное, 10 нас было или 11. Ну, вода вот столько, буквально 5 сантиметров – она просела. Если бы волна подошла сюда, лодка бы перевернулась".
Немцы по несколько раз в день пытались сбросить советские войска в Одер, но это им не удалось. Наши солдаты закреплялись на позициях.
Николай Хахулин: "Я должен лопаткой 10 погонных метров вырыть траншеи. Глубиной она должна быть 120 сантиметров, по ширине – 45 сантиметров. И внизу 45, чтоб можно было разойтись. И вот такую траншею я должен был выкопать за ночь. И, вы понимаете, это короткая мартовская ночь. Я успевал. Еще не рассвело, так, чуть-чуть брезжил рассвет, чтоб отдохнуть. Выполнил задание – ну, иди, отдыхай".
Выполнение задания было проверено в бою — войска отбивали контратаку. Здесь Николай Хахулин особо отличился своей меткой стрельбой. Из него решили сделать офицера, так и сказали, отправили на курсы младших лейтенантов.
Войска шли по территории Германии, население бежало.
Николай Хахулин: "И что интересно – когда колонна идет, обгоняет эту немчуру, они смотрят, старухи особенно, на нас, на молодых ребят. А чего они смотрят – глядят на лбы. А Геббельс там сказал в одном из выступлений – большевики – это звери, они на зверей похожи. У них на лбу рога растут".
Николай Хахулин видел все — и расстрелянных эсэсовцами немцев, не желавших воевать, и поверженный Берлин.
Николай Хахулин: "Нам разрешили сходить в Рейхстаг. Что представлял тогда Рейхстаг? Естественно, стекла все побиты, купол, он был стеклянный – стекол не было. Дым, смрад стоял, бумаги какие-то разбросаны, горели они, тлели. На каждом этаже. Попробовали в подвал, говорят, в подвал не ходите, там еще, может быть, где-то схоронился какой эсэсовец, нас не пустили".
А незадолго до этого, 7-го мая, им пришлось тренироваться в шагистике и ружейных приемах под присланный армейский оркестр. А для чего — не сказали. Выяснилось это 8-го числа.
Николай Хахулин: "А утром только сказали – едете в почетный караул встречать союзников, которые едут заключать, принимать капитуляцию у немцев. На аэродром Темпельгоф".
На центральный аэродром Берлина приземлилось два зеленых Дугласа. В одном — делегации англичан, американцев, французов, в другом — немецкие генералы.
Николай Хахулин: "Подошла делегация, поднялись на трибуну. Они благодарят нас за победу. Все: француз, англичанин, американец. Улыбаются, кричат ура. И мы – ура. Здорово, троекратное ура. А потом мы перед ними прошли строем, строевым шагом перед трибунами. Красиво прошли".
Белые простыни из каждого окна в знак капитуляции, здания, разрушенные настолько, что нельзя было проехать по улицам, брошенная техника, цепочки немок, передающих друг другу, как по конвейеру, обломки стен — таким вспоминается взятый Берлин нашему герою.
Николай Хахулин: "Вот, оккупанты-то я говорю. Вошли и сразу кормить поверженного врага. Стоят наши кухни. Солдат в белом таком чепчике, с таким черпаком – если стукнет, то свалишься, черпак огромный. И верзила-повар. И с котелками они. И вот, очередь выстроилась. С детьми. И ни одного, такая тишина! Вот в очереди порядок-то. Вот, говорим, у нас если б в очереди где-нибудь стояли – гвалт стоит. Тишина, притихли они. 8.28 Получил свою порцию – отошел".
Ночь с 8 на 9 мая — капитуляция подписана. Возвращаясь с аэродрома, Николай Хахулин снова услышал выстрелы.
Николай Хахулин: "Вот, ехали мы уже, пока там пробыли в Берлине, и слышим, наших воинских частей-то полно, уже дошло быстро до солдат, что уже День Победы наступил. Все, фашисты сдались. Везде ракеты летят, выстрелы в воздух, трассирующие пули, елки! Офицеры уже не ругались – ладно. Подъехали к своему городку, у нас на постах даже стоят, и они пускают тоже, стреляют, елки. Такая радость была!"
После войны наш герой окончил на отлично военное училище. Ему предложили выбор места службы, и он решил вернуться в Германию. В звании лейтенанта приехал в отпуск и познакомился с доктором Марусей, так называли молодого фельдшера на селе. В 47 году она закончила Егорьевское медицинское училище, а в годы войны помогала медсестрам в гОспиталях. Каждый день — сначала работала, потом шла учиться.
Мария Хахулина: "Бинты разбинтовывали, наматывали на руку. Медсестра разворачивает, а мы наматываем кровяные эти бинты. А солдаты какие раненые! Одни терпят, а другие не терпят. Они ругаются на медсестру! Больно им, а что она может сделать? Ей же надо рану… Ругаются, они потом, когда кончат перевязку, сядут отдыхать, медсестры, и плачут. И мы с ними плачем. А что они, виноваты".
Школа в 40 километрах пешего пути от дома, холод в нетопленом общежитии, дежурства и работа с 12 лет... Даже в летние каникулы ей, труженице тыла, не удавалось отдохнуть.
Мария Хахулина: "На торфу работали, там у нас же в Шатуре торфа много. И мы грузили, девочки такие худенькие, вот как девочка молоденькая, мы грузили вагоны торф в корзинах больших. Туда клали, он сухой, руки, перчатки не давали, у нас руки все до крови".
За доблестный труд в Великой Отечественной войне Мария Кузьминична получила медаль. Жалуется, что ей, маленькой и худенькой, говорили: «Ты чего медали нацепила?» Подозревали даже, что чужие.
Мария Хахулина: "Медали. А что, почему мне их не одевать, я заслужила их".
Мария Кузьминична и Николай Иванович женаты уже более 65 лет. Вместе они служили в ГДР (Мария Кузьминична — младший лейтенант медицинской службы). С 69 года живут в Пущине. Николай Иванович 11 лет проработал в школе №1 — вел военную подготовку.
Николай Хахулин: "И когда здесь на Дни Победы здесь, у постамента окружают подходят выпускницы. Помнят. Я говорю – спасибо, что помните".
Помнят его не только выпускники, но и все те, кто обязан ветеранам своей мирной жизнью. Чета Хахулиных — постоянные гости разных мероприятий. И мы рады, что тоже можем пригласить их и сказать «спасибо» за рассказы и, конечно, подвиг, который не должен быть забыт. Приходя к нам и снова вспоминая об ужасах войны, ветераны дают возможность даже не понять, а почувствовать и осознать, что она не должна повториться.

Ирина Гриневич, Валерия Гусева, Ксения Иванова, Елизавета Толстоброва, Ярослав Удовенко, Диана Ларионова, специально для «ТВС Пущино»

 

 
« Пред.   След. »

При любом использовании материалов, новостей сайта и сателлитных проектов, гиперссылка (hyperlink) на WWW.TV-TVS.RU обязательна. Пользовательское соглашение

Газета Пущинская среда